Интервью

Вы – талантливый фотограф…

Я не фотограф, я талантливый парень. Я могу делать что угодно хорошо. Фотография – это просто любимое занятие-действие, которое позволяет делать красивые вещи, зарабатывать хорошие деньги, дает доступ к женщине.

Ваша первая работа?

Когда-то (будучи «студентом Петей»), - сфотографировал девушку и понял: нет, не то. Где эта «нота», где ее найти? Где та нота откровения?

Вы всегда так серьезно анализировали свои работы, как Вы это чувствуете?

Да, как-то всю жизнь копал. В 12-15 лет мое развлечение было – разглядывать лица людей (изучал: хороший, добрый, злой…). Ехал в электричке или троллейбусе и смотрел на лица людей. Всегда пытался понять: о чем они думают, чем они живут. Господь придумал, что я буду таким. Это не воспитание. Я такой.

У Вас бывают неудачные фотографии? Вы их удаляете?

Удаляю. Сейчас неудачных работ не бывает. Раньше бывали. Бывает неудачный борщ у хорошего повара? Как часто? Да никогда! Не бывает неудачного борща у шеф-повара крутого ресторана с зарплатой в 3000 долларов! Этого не может быть по определению! Тоже самое и здесь, если вы профессионал. Ну, вы-то сами, как профессионал, (для себя) знаете: где вы на пол процента в какой-то ноте «не дозвучали», это для вас проблема. Но этого никто не заметит. Так же с борщом: ну, картошка нарезана на 3 мм длиннее или короче; или капусточки получилось не 20, а 30 граммов – это (для вас больше) раздражение. Вы это знаете, поэтому вы еще больше стараетесь над этим борщом. Я недоволен своими фотографиями всегда. Я знаю, где у них проблемы. Но этих проблем никто не видит вообще. Потому что я стараюсь «копать глубоко».

При каких условиях работа получается качественно?

Когда человек – профессионал («когда у него болит»), тогда его продукт получается так качественно, что для всех людей это – очень хорошо и добротно.

Во время последних выборов президента Украины «засветился» Ваш оранжевый Ситроен. Давайте снова «проедемся» по оранжевой революции.

Давайте. Я имел великое счастье. Я увидел, что такое единение душ и сердец! Я был самый счастливый человек на свете. Я стоял на площади. И стояли миллионы моих соотечественников. Кроме этого миллиона, мало кто (из 6 миллиардов) может похвастать тем, что он это же видел. Приведу сравнение: я любил эту женщину, она была такая восхитительная! Это были такие минуты счастья! Потом… неважно. Но это был кусок жизни. Это была такая любовь. Майдан это было то место, где нужно было быть. Я голосовал в своей жизни только один раз – на тех выборах. Я должен был стать гражданином своей страны. Повторюсь: это было единение душ и сердец. Сейчас это не надо критиковать. Что есть, то есть. Когда человек искренен, он говорит быстро, вразумительно, не спотыкается; на выборах – он именно таким и был. Все его противники говорили медленно, вальяжно, долго подбирая слово. Теперь Ющенко попал в некоторые обстоятельства. Ему сложно остаться сильным в этих обстоятельствах. Это нормально, это жизнь. Ничего страшного не произошло. Движемся дальше. Не надо никого судить. Пусть вначале все посмотрят на себя. Мы выбираем таких же людей, как и мы сами. Никакого разочарования нет. Я всегда говорил: «Господа, забудьте о политике, делайте свое дело. Идите, работайте.»

Что такое «здоровое» общество?

Вообще, общество «здоровое», когда в нем много профессионалов. Счастливый человек – это человек профессионал.

В чем вы видите проблему нашего общества?

Чаще всего люди хотят, чтобы все сделали вид «по умолчанию» и как бы ничего, все хорошо, все в порядке. Многое делается непрофессионально. Говорят денег нет. Да не в деньгах дело. Это не вопрос денег. Это вопрос отношения к вещам. Сначала надо сделать, а потом вам за это заплатят. А не «вы нам дайте много денег, а мы вам сделаем». «Да ничего вы не сделаете. Вы не умеете тонко думать. Сделайте тонко, сделайте аккуратней». Это не критика. Это проблема общества, в котором умерло профтехобразование. Рабочий класс такое лепит… ужас. Цены взорваны до предела. Цена за квадратный метр взлетела до предела, соответственно стоимость действия выросла до 500-700 долларов в месяц. А действие за 500-700 не оправдывается результатом. На Западе это уже дешевле. У нас за эти 700 есть восемь часов бездействия или действия не так как надо. Профессионалы есть, но как исключение, а не как правило. Хочется быть профессионалом.

Человек может быть профессионалом в любом деле?

[…] Присмотритесь, если человек в чем-то профессионал, - тогда он классный, душевный, с ним интересно разговаривать. Печет бабушка пирожки – ка-а-кие пирожки! Какая бабушка! А если бабушка злая, то что-то и пирожки никакие.

Мудрость приходит с годами.

Вы никогда не замечали, что люди к старости становятся добрее? Меньше появляется бегающих вокруг, меньше становится денег. Больше становится одиночества. А одиночество приводит к размышлениям, к пониманию того, что все одиноки в этом мире. Пока у нас есть какой-то эротизм или кошелек с деньгами, пока нас хотят, то мы как бы выгодны и полезны.[…] Очень много в этом мире предначертанных вещей. Мы можем бороться с предначертанием, но для этого надо быть очень сильным.

Какова мораль?

Это путь. У каждого свой. Кто придумал морали? Мораль – это система управления людьми. У нас своя мораль, а в другой стране – другая, совершенно иная. Не в морали дело. Дело в откровении, во внутренней правде. Нужно быть искренним к себе, отсюда появляется искренность к окружающим.

Почему у вас длинные волосы?

Это связь с Космосом. Это внутреннее ощущение. Мне не нужно ни стричься , ни бриться – меня не интересует внешность. Почему любые системы собирания людей в стадо (армия, тюрьма…) – это «бритоголовость»? Потому что таким образом, обрывается связь с Космосом и автоматически предлагается иной «свой космос»

[…]

Ваша философия?

Если мы достаточно сильны, мы живем в мире, который мы сами себе создаем. Потому что там есть откровение. «Возлюби ближнего как самого себя». Помирись с собой и скажи себе: что ты выражаешь. Мы сами создаем окружение, мы принимаем решение: на какой фирме работать, с каким начальником. Куда идем, как говорим, как общаемся с детьми.

Как Вы воспитываете своих детей?

Я их не воспитываю, я с ними просто живу. Я ничего не делаю. Я принимаю решение, «я в нем живу». А ребенок живет возле меня. Он все видит: как я принимал решение, как я говорил, с какой эмоцией и интонацией. Вот эта эмоция и интонация (без «относительно» к нему) является абсолютным воспитанием. А с ним…если нужно, я поговорю, если он спросит. Но воспитывать?! Мы не должны!.. Да это все бред! Кто вам сказал, что они это слышат? Они статусно являются родственниками, но не являются другом. Станьте другом! Не будьте родственником! Не трогайте их, живите рядом! Это очень тонкие, сложные вопросы. Получается конфликт. Дети все видят. Они намного тоньше, чем мы. А наказания – это должны быть безличностные вещи.

[…]

Ваши методы наказания?

Например, работает у меня мой старший сын. И все время рассуждает, рассуждает, это не так, и то ему не нравится. Ему не нравится. Что рабочие не так на него посмотрели, не так с ним общаются. Проходит три месяца. «Подсрачником являются следующие действия: я его отвожу от объекта строительства и говорю: «Сынок, вот ты такой интеллектуал, не ругаешься матом, а вот работяги ругаются матом, такие грязные… а вот теперь повернись и посмотри: корабль(который я строю), огромный корпус (1200 квадратных метров), и все в заклепочках (24000 заклепок!). Вот эти хлопцы с утра до вечера переклепали. А что ты сделал? Ты сделал эти рамочки. Ты делал криво, пять раз переделывал, ничего у тебя не получилось. Ты ушел, деньги получил, а после тебя люди будут переделывать. Что стоят твои разговоры про интеллигентность, если они переделали ворох работы, а ты только стоял и рассуждал.

Что за корабль?

Если бы вы знали: какой я строю корабль! Я живу на корабле. Я приехал сюда на интервью с корабля. Видели на мониторе корабль? Это мой дом. Всегда хотел жить не так как все.

А как Вас родители воспитывали?

Они меня воспитывали каждый день. Мне тогда это очень надоедало: не стой, не сиди, не надо… У меня в детстве была проблема, я всегда подсознательно думал: что я должен сделать, чтобы это было правильно… и снова «втык» с какой-то неожиданной стороны.

Ваши выводы: как воспитать великого человека?

Детям нужна проблема. Если мы детей лишаем проблемы и создаем им шоколадные условия, мы воспитаем просто среднее звено. Но если вы хотите видеть в нем великого человека – дайте ему проблему.

Говорят, «художник» может себе позволить изменять жене…

Это может позволить себе любой мужчина. У меня нет жены, я развелся. Но если говорить о сексе… я говорю просто. Родился мужик-самец. Это его суть. Это не предательство, это химическая реакция организма. Нет предательства там, где есть откровение. Я прихожу к женщине и говорю: «Я такой, это химическая реакция организма». Я никогда не стану другим. Я пытался остановиться, стоял день-два-три… неделю-месяц. А потом начинаю сходить с ума. Как будто меня не кормили. Я становлюсь злым. Я мужик. Любой мужчина – бабник. Философия Востока и многих религий мира разобралась с этим вопросом. И только у нас есть проблема. Это способ давления на обывателя. Нельзя! Нельзя – что?

Почему возникают такие ситуации?

Если мы хотим слышать правду, мы ее услышим. Если мы не готовы слышать правду, мы закрываемся и придумываем форму: «он должен или я должна». Проблема состоит в том, что когда мы сходимся где-то на перекрестке судьбы, что мы делаем? Сначала врем друг другу. Сначала сильно хотим друг другу понравиться (чтоб только не ушла или не ушел). Потому что он сначала хочет с ней спать, а потом поговорить. А женщина хочет вначале услышать (вначале понять его), потом, может быть, где-нибудь в конце пути, если это ее – она пустит. Мужчина и женщина – это два разных мира.

Для того, чтобы супруги были счастливы в семейной жизни…

Мужчина должен добыть и защитить, а женщина должна расслабить и возбудить. Конечно, можно наоборот (поменяться ролями), но, как правило, кто-то не выдерживает.

Как Вы можете охарактеризовать женщин?

Есть женщины, которые «звучат» только для своего мужчины, а в пространстве они «исчезают». В глазах нет искорки, но как только она видит своего мужика, - она загорается. Супер. Другие же (уже и замуж вышли, но не определились), - продолжают «звучать», это видно. Кого мы судим? Мужчин? За то , что весь мир женщин играет в то, чтобы мужчины их хотели? Мир несовершенен и условно порядочных женщин – половина. Это нужно в школах рассказывать. Чтобы девушки были порядочны по отношению к своим парням, а парни по отношению к своим девушкам. Это очень тонкие вопросы, которые толком не вынесешь на публику, статью не напишешь.

Вы можете себе позволить довольно резко высказаться, тем самым, например, девушку поставить в неловкое положение.

Все мужчины знают: «та женщина, которая становиться твоей, - ты уже ей должен». (Это нормально. Ты приручил и ты ей должен). Но. Есть девушки (особенно городские), которые так себя ведут, что возникает чувство: «я ей еще ничего не сделал, а уже должен». Да, я говорю прямо, что я думаю. «Девочка может на кого-то обидеться, я могу на кого-то обидеться». Пройдет какое-то время, она наткнется на те же грабли. Она или ничего никогда не поймет или что-то поймет. Это путь. На этом пути должны быть мягкие дороги и булыжники, о которые спотыкаются. Я не везде такой булыжник. Я вообще нормальный адекватный парень.

Вы считаете правильным делать замечания?

В этом мире мужчины поголовно слабые (мужчина готов выполнять все прихоти женщины). И боится ей сказать прямо в лоб: «не кури!». А она привыкает к этому слабому мужчине, а потом сама же его отрицает.

Не думаете ли Вы, что Вы все-таки обижаете людей?

Я не обижаю людей. Я говорю ровно, прямо и в той же степени «обижания», с которой ко мне кто-то пришел. Если ко мне заходит человек, и у него на лице нарисовано: «я кусаюсь» - мораль общества гласит, что я должен улыбнуться и сказать ему: «здравствуйте, проходите, присаживайтесь» (потому что он ничего не сказал). Мораль общества судит действия, а Библия учит: мысли – первичны, действия – вторичны. Если ко мне пришли с плохими мыслями, я беру на себя право сказать: «выйдите отсюда вон». То есть чьи-то плохие мысли – более проблемны, чем мое плохое слово. Мое плохое слово по сравнению с чьими-то мыслями такое же плохое, просто мысли не озвучили. Кто-то привык быть закрытым, двуличным и надеется, что я промолчу. А я вижу это двуличие, я умею это видеть.

Не слишком ли категорично Вы относитесь к женщинам?

Я делаю изумительные портреты людей. Красивее женщин, чем я, мало кто снимает. Если я так красиво фотографирую женщин, то, наверное, я их очень люблю. Если я что-то говорю женщине жестко, то это от большой любви.

Откройте какой-нибудь мужской секрет.

Я девушкам говорю: «Если кто-либо во второй раз общается с тобой уже более двух минут без причины – он уже в очереди на его тело. Запомни на всю жизнь. Конечно, никто этого тебе не скажет. Если тебе это не видно и не понятно, то… как ты думаешь: почему ты здесь второй раз и я с тобой разговариваю? Потому что я хочу достучаться до твоего тела»

Как Вы реагируете на фотографии, сделанные непрофессионалами?

Когда мне приносят триста фотографий, я говорю: «Ты помнишь, как ты ходил к соседу Пете, и его жена Дуня вынесла семейный альбом, и ты думал: «ну когда же он закончится»? Так, а чего ты мне даешь этот альбомчик и я должен думать: «когда же он закончится»? А ты возьми и выбери из этих фотографий – десять, где тонко (а не там, где одна и та же вечеринка, с разных сторон), пусть даже одну, где «мы вскочили, взлетели»…ух какая фотография!

Кто готов платить за хорошие фотографии?

Женщины так устроены, что за свое красивое лицо, за хорошие фотографии они готовы отдать все. Это парадокс какой-то. Я никогда этого не понимал. Ну и что , что у нее хорошая фотография (лицо вычистили в Фотошопе)? В жизни она выглядит совершенно иначе. Важнее – может ли она сказать «Здравствуйте», быть доброй и мягкой.

Вы беретесь за работу с каждым или иногда кому-то отказываете?

Я отказываю постоянно. Есть лица, которых я не хочу снимать. Есть исторические личности, которых надо снимать. Это интересная игра. Я снимал Черновецкого, но это была игра «кто-кого». Я переиграл (картинка получилась, значит, я переиграл). Сложные натуры – это интересно.

Вы можете фотографировать полуобнаженных мужчин?

Один раз мне пришлось снимать какой-то стрип-балет. Я, конечно, могу снять мужчину на портрет, но эти все дела – нет. Я могу снять ровно, красиво, элегантно, но у меня нет драйва. Это хорошо делают «голубые фотографы».

[…]

Ваше отношение к учителям?

Если благодаря какому-то учителю вы стали «звездой», - в доме на видном месте «икона» должна висеть – учитель. Даже, если по каким-то причинам вы разошлись, - но это была часть жизни.

Кем Вы себя ощущаете?

Кто я: фотограф или поэт?.. Я просто человек, который говорит правду. «Нет пророков в своем отечестве». Да я очень удобный и очень неудобный, кто-то меня не любит, кто-то обожает. Ну и ладно. Очень хорошо, что нет среднего отношения.

Беседовала Анна Пивторак

// Ювелирный бизнес. – 2007. – январь. – с.12.