Интервью

Спросите сто мужчин, какое занятие они считают самым увлекательным - и девяносто процентов, независимо от профессии, ответят однозначно: «Секс». Для тех, кто, вздохнув, промолчит, секс уже не занятие. На вопрос, какая из мужских профессий самая сексуальная, девяносто женщин из ста, не задумываясь, назовут фотографию. Остальные если не скажут вслух, то подумают. Все зависит от готовности называть вещи своими именами. В том числе секс. Даже если до самого секса дело не доходит.

Впрочем, профессия Ктиторчука тем и отличается от других, что до секса в ней чаще таки доходит. И как нормальный мужчина он, естественно, не упускает возможности… От прочих носящих штаны его отличает привычка получать свое, не откладывая в долгий ящик. Отсюда – не самая удобная для его моделей манера говорить о своих намерениях в лоб. Но, в отличие от многих собратьев по цеху, Ктиторчука-фотографа превыше мужского эго волнует то, как на его снимках чувствует себя женщина. Разумеется, если она не разучилась чувствовать.

Фальшь он чует еще до того, как человек переступит порог студии. Поэтому прикидываться или играть с Ктиторчуком бесполезно – раскусит и выгонит, не разбирая чинов и имен. Но тем, кто способен внимать, его фотографии помогают раскрыть в себе то, чего порой они сами не подозревают – и что в конечном итоге, делает женщину настоящей. А такое под силу только настоящему художнику и настоящему мужчине.

Наш разговор с Ктиторчуком – о настоящих людях: женщинах, мужчинах… и немного фотографии…

Саша, каждое время предлагает свой тип мужско-женских взаимоотношений. И свои, вытекающие из них крайности: от дремучего домостроя до оголтелого феминизма. Ты как фотограф наблюдаешь эти отношения каждый день и как мужчина сам в них участвуешь. В чем, на твой взгляд, основная проблема этих отношений здесь и сейчас?

Проблемы как таковой нет – есть способ подачи себя. Один немецкий философ сказал: мир живет тремя вещами – пустой болтовней, пустым любопытством и двуличием. Так вот, современные отношения женщин и мужчин страдают двуличием. С этого все начинается. Причем, двуличие – это вопрос не плохого характера, а не признания его человеком. Фраза, которую я часто слышу: «Я себе не нравлюсь на фотографии, я не фотогенична»… это как раз следствие двуличия. Чем более внутренне человек не искренен, чем сложней ему признаться в том, что происходит с ним и вокруг него, - тем больше он не фотогеничен. Такая странная, но абсолютная связь – двуличные люди не красивы.

Ты говоришь «люди», но на твоих фотографиях почти сплошь женщины… и все они красивые… Мужчин и некрасивых женщин ты не снимаешь?

Мужчин почти не снимаю, во-первых, потому, что я «лесбиян» по природе. Во-вторых – мужчинам меньше надо: в нашей стране нормальные мужики не ходят фотографироваться – для них это что-то такое полуголубое. Хотя мужчин намного легче снимать. Вы видели, как общаются женщины? Что-то там говорят, но парадокс в том, что они не слышат друг друга. Женское общение основано на передаче энергии, а не информации. В мужчине внутренней фальши меньше… но только по одной причине – ему не нужно быть красивым. Женщине - нужно…

И как двуличную женщину сделать такой, как на твоих снимках? Секрет в технологии или в психологии?

Камера – это только инструмент, как молоток и гвозди. Главное, чтобы «прокладка» в нужном месте была. Имея в руках талант, снимать можно ведром. Это правда. Я когда-нибудь проведу такую акцию – снять ведром картинку. Все до безобразия просто: прежде, чем снимать женщину, мне надо выдавить из нее это двуличие. В последнее время у меня съемки начинаются с того, что я говорю: или ты будешь эту дуру на лице носить, или сбросишь ее. В некоторых случаях приходится говорить еще более откровенно: я не собираюсь тебя трахать – сегодня у нас другая задача. Сними вот это натянутое состояние ожидания, что я тебя буду клеить, а ты – типа сопротивляться. Я корректный, адекватно разговариваю, а ты почему-то постоянно висишь в ухмылке и не можешь ее остановить. Это твой опыт жизни? Потому что двадцать придурков до этого не знали, как тебя замылить? Теперь ты занесла это ко мне и начинаешь со мной также говорить. С какой стати? Я не пытаюсь тебя в койку затащить, поэтому сними с лица вот эту свою женскую дуру – и давай нормально разговаривать.

Как ты распознаешь, где нормальная женщина, а где дура? Есть, наверное, и еще какие то градации на твоей шкале?

Чтобы прочитать человека со всеми его повадками, мне нужно посмотреть на него в течение секунды, услышать одно-два слова, тембр речи… и тогда практически все понятно. Есть стервы. Но это черта характера, это нормально. Она может быть дурой или не дурой. Я довольно часто задаю барышням тест: «Скажите «Здравствуйте». Девяносто с лету не могут сказать, у них получается что угодно, в тексте это не передашь. Иногда себе говорю: ну, ладно, два дня потерпи дуру – может до койки доведешь. А вот сука – это состояние, которая она пытается себе создать и навязать тебе. Но сука не живет внутри женщины. Для самой себя она нормальная, мягкая и пушистая, внутри нее живет нормальный человек. А снаружи она носит эту идиотскую маску, которой пытается защищаться от внешнего мира. Так здесь ей это говориться прямо, в лоб, открытым текстом. Со мной эти ее понты не срабатывают. Не получается рядом со мной быть дурой, стервой и сукой.

Почему же получается рядом с другими?

Это происходит потому, что мужчины себя так ведут. Они побаиваются стерв, хотя именно их предпочитают нормальным женщинам. Почему на улице мужчина боится подойти к красивой женщине? Потому что заранее программирует, что она окажется стервой, ищущей себе барана, который будут за все платить, Эта форма поведения женщины стала «популярна», в больших городах особенно. В ответ мужчины не хотят честно и откровенно разговаривать с женщиной. Им кажется, что нужно обманывать, чтобы ее получить. Это огромнейшее, катастрофическое мужское заблуждение. Я никогда не обманывал женщин и всегда их получал.

По-твоему, мужчина не должен скрывать свои истинные намерения, какими бы физиологичными они не были?

Абсолютно. Но это по-разному можно выразить. Мужчины проигрывают потому, что начинают играть. Не играй и не проиграешь. Мы, конечно, все играем, но игра должна быть чистая. Я играю с открытыми картами – прихожу и говорю: «Я бабник! С этого места будем разговаривать». Женщинам, которые приходят сниматься, часто задаю вопрос: вам кого надо мужика или мужчинку? По ответу сразу видно: ищет она в мужике лоха – того самого барана – или все-таки защитника? Который не деньгами защитит, а чем-то мужским… Потом к этому добавляется наличие средств. Но прежде всего мужчину. Женщина-стерва, при огромной претензии на собственного Я, боится нормального мужика. Такие со мной больше трех минут не выдерживают, потому что не хотят слышать о себе правду. А потом они рассказывают, что нету мужчин. Но быстро складывают лапки, когда видят МУЖИКА.

Бабник и фотограф – что в твоем случае причина, а что следствие, что из чего вытекает? Кто чаще берет верх, когда ты видишь объективно красивую женщину?

Фотограф никак не связан с бабником. Я не видел мужчин-небабников в своей жизни. Одна из часто повторяемых мной фраз: все мужчины делятся на две категории – на бабников и алкоголиков. Проблема состоит в том, что алкоголик – это нереализованный бабник. Истина, проверенная много раз. А во мне фотограф, который в силу своей профессии копается в женских душах, скажем так, раздразнил этого бабника. К самому слову можно как угодно относиться – важно при этом твое искреннее отношение к женщине. Когда она чувствует, что ты не собираешься ее внутренне опускать, находит в тебе человека, который видит в ней женщину с большой буквы, а не лярву, которую сейчас будут иметь. – она сама готова к тебе прийти.

Ну, чаще-то мужчина охотится на женщину. И как на всякой охоте, здесь важна скорость реакции. Ты долго раздумываешь над тем, как познакомиться на улице?

Обычно подхожу и в лоб говорю: девушка, вы мне нравитесь, давайте разговаривать – прямо сейчас! Если я вызвал в ней какие-то вибрации, то она остановится, сто процентов. Если нет, уйдет – даже нечего переживать: нету вибраций. Я всю жизнь останавливал женщин на улице, в любом месте, и всегда находил нужную фразу, форму. Просто не надо быть банальным. Когда я вижу мужчину, который несет на свидание одну розочку с мертвым концом, я думаю: да, чувак, ты попал! И женщину, которую это возбуждает, – тоже попала! Значит, она ни хрена не понимает в мужчинах.

В чем заключается твое индивидуальное понимание женщины? Как это отражается в твоих фотографиях?

Мы, по большому счету фотографируем так, как мы видим. У меня был случай: одна и та же модель, кто-то там ее «рулит», а снимают два разных фотографа – молча, не говоря ей ничего. Одно выражение лица, одни и те же ужимки, но разные ракурсы, в разные секунды нажимается кнопка – и вот два разных человека. То, как фотограф снимает модель – такой он видит ее в жизни. Если он не хочет, чтобы она выглядела шлендрой, он никогда не позволит себе так ее снять. А если снимает, значит, его подсознательно шлендра устраивает. Есть фотографы, которым нравится стерва, как категория, со всей этой ее неадекватностью. Один мой друг очень хорошо их снимает, на его фото – те самые «женщины в поисках барана». А мне нравится делать женщин красивыми. Я несу энергетику, которая из любой женщины сделает такую. Поэтому у меня они все – рембрандтовские красавицы. Я пытаюсь их оградить от низости внутренней и поэтому не даю им быть внешне низкой. Да, они могут быть и жесткими на моих фотографиях, но все они - честные, потому что сохраняют в себе главное – женское.

Снимая в основном женщин, ты имеешь дело и с мужчинами, которые, как ты говоришь, «за все это платят». Из двуличной женщины ты можешь выдавить фальшь, а как выстраиваешь отношения с такими мужчинами?

Да, мужчина задает систему поведения, и даже мышления женщине. Какой мужчина – такое и поведение. Вот типичная ситуация. Продюсер приводит к тебе снимать актрису или певицу. И пытается заставить тебя снять ее та, как он представляет ее рядом с собой в койке. И значит, он слабый мужчина. При чем это видят все стороны, но никто заказчику это не говорит – неудобно. Я помимо фотографии занимаюсь дизайном – делаю людям рестораны, квартиры. У меня есть постоянные клиенты. Но их немного… та же самая проблема. Любого архитектора спроси: главная проблема – тупые заказчики. Исходя из того, что я вот такой, Саша Ктиторчук, я даже не общаюсь с такими клиентами. Научился отказываться от работы, которая создает головную боль. Мне лучше меньше зарабатывать, чем общаться с придурками.

Слышал, ты купил себе корабль и хочешь сделать там клуб…

Я давно мечтал жить на воде, и вот по случаю купил корабль, хочу построить на нем мужской клуб. Клуб настоящих людей. Кстати, принципиальная позиция – штатных шлендр там не будет. Хочешь привести с собой – хоть троих приводи, найдется тебе и каюта, и «все шо надо». Почему клуб настоящих людей? Потому что есть сегодня такая модная тема – тусовка. Тусэ! Заходишь в это тусэ – и хочется блевать. Я смотрю – Господи – это что, люди, у которых есть за душой что-то важное для кого-то? Но мы тусуем! Пустота полная! И даже то, что могли бы сказать, они загоняют вглубь… Сморишь, как они общаются – террариум единомышленников! А мне хочется создать место, где люди могут разговаривать, общаться по-настоящему. Потому что самое большое счастье в жизни – это человеческое общение.

Беседовал Олег Лошкарев

// MADHAD. - 2005. - 02(ноябрь). - с.82-89.